Кредитор, требование которого было понижено в очередности, сохраняет за собой право на самостоятельное инициирование новой процедуры банкротства должника, отмечает Верховный суд (ВС) РФ.
Суть дела
Гражданин Артем Никифоров обратился в суд с заявлением о признании ООО «Росичъ» несостоятельным (банкротом).
Истец пояснил, что определением арбитражного суда по иному делу его требование к должнику на 2 243 500 рублей признано обоснованным как подлежащее погашению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. Впоследствии суд прекратил производство по делу о банкротстве общества «Росичъ» в связи с полным погашением включенных в реестр требований. При этом погашение требования Никифорова не осуществлялось.
Определением Арбитражного суда Москвы, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной инстанции и округа, во введении наблюдения в отношении общества отказано, производство по делу о банкротстве прекращено. Суды исходили из того, что понижение очередности удовлетворения требования Никифорова указывает на то, что оно носит корпоративный характер и, как следствие, не может быть учтено для целей определения наличия на стороне должника признаков банкротства.
Не согласившись с вынесенными судебными актами, Никифоров обратился с кассационной жалобой в Верховный суд.
Позиция ВС
Признавая обоснованным требование Никифорова в размере 2 243 500 рублей и понижая очередность его удовлетворения, суд первой инстанции по предыдущему делу исходил из того, что указанное лицо, являясь аффилированным, предоставило обществу «Росичъ» в ситуации его имущественного кризиса компенсационное финансирование посредством выдачи займов по двум договорам, напоминает ВС.
Поскольку оба договора займа были признаны судом недействительными, предъявленная кредитором сумма в размере 2 243 500 рублей квалифицирована в качестве неосновательного обогащения.
Таким образом, требование Никифорова не носит корпоративного характера, а представляет собой требование субординированного кредитора, отмечает высшая инстанция.
«Понижение очередности удовлетворения требования предоставившего компенсационное финансирование лица представляет собой механизм справедливого распределения рисков, подразумевающий сохранение на стороне кредитора материального права требования к должнику, не являющегося корпоративным, и, как следствие, всех прав, предоставляемых участвующему в деле о банкротстве лицу (статья 34 Закона о банкротстве), в том числе и права на самостоятельное инициирование процедуры банкротства должника», — уточняет ВС.
На основании изложенного Верховный суд отменил оспариваемые судебные акты и направил дело для рассмотрения по существу в Арбитражный суд города Москвы.
Никита Ширяев
Источник: РАПСИ