Верховный суд РФ рассмотрел спор финансового управляющего и МВД, которые разошлись в мнениях о том, можно ли в рамках дела о банкротстве получить копии документов, в которых содержатся персональные данные третьих лиц.
Финансовый управляющий направил в Главное управление МВД по Ставропольскому краю запрос о предоставлении сведений о наличии у банкрота зарегистрированных и снятых с учета транспортных средств и прицепов к ним, который полиция исполнила.
Однако в предоставлении копий документов, на основании которых совершены регистрационные действия, ГУ МВД отказало, сославшись на содержание в них персональных данных иных лиц. Данная информация не может быть раскрыта третьим лицам без согласия субъекта персональных данных (статья 7 Федерального закона от 27 июля 2006 года №152-ФЗ «О персональных данных»), пояснили в ведомстве.
Мнения судебных инстанций
Считая отказ в предоставлении испрашиваемых копий документов незаконным, финансовый управляющий обратился с заявлением в арбитражный суд, который заявленные требования удовлетворил.
Судебные инстанции отметили, что запрашиваемая информация необходима финансовому управляющему для осуществления обязанностей, возложенных на него законодательством о банкротстве, в том числе по выявлению имущества гражданина, анализу финансового состояния должника и формированию конкурсной массы, предназначенной для удовлетворения требований кредиторов.
Однако Арбитражный суд Северо-Кавказского округа решения отменил, посчитав, что финансовый управляющий может получить информацию, которая содержит и персональные данные иных лиц, только если в определении суда о его назначении в рамках дела о банкротстве указано, что такие действия дозволены. При отсутствии же в этом судебном акте таких указаний спорные документы можно получить лишь на основании определения арбитражного суда, рассматривающего дело о банкротстве гражданина.
Позиция ВС
Процедуры банкротства носят публично-правовой характер, а в силу различных, зачастую диаметрально противоположных интересов участников этого процесса, баланс прав и законных интересов обеспечивает арбитражный управляющий, отмечает ВС РФ.
Арбитражный управляющий обязан принимать меры по защите имущества должника, анализировать его финансовое состояние, при этом действуя добросовестно и разумно в интересах и должника, и кредиторов, и общества, напоминает высшая инстанция позицию Конституционного суда РФ (постановления от 22 июля 2002 года №14-П и от 19 декабря 2005 года №12-П; определения от 17 июля 2014 года №1675-О, от 25 сентября 2014 года №2123-О и др.).
В целях осуществления возложенных на него обязанностей арбитражный управляющий с целью формирования конкурсной массы анализирует сведения о должнике, выявляет его имущество, в том числе находящееся у третьих лиц, обращается с исками о признании недействительными подозрительных сделок.
Для достижения целей закон наделяет арбитражного управляющего правом во внесудебном порядке запрашивать необходимые сведения, включая сведения, составляющие служебную, коммерческую и банковскую тайну, указывает ВС (абзац десятый пункта 1 статьи 203 Закона о банкротстве).
Чиновники, юридические и физические лица обязаны предоставить запрошенные арбитражным управляющим сведения в течение 7 дней и бесплатно.
«Таким образом, положения указанной статьи наделяют арбитражных управляющих полномочиями получать соответствующую информацию без предварительного обращения в арбитражный суд, запрашивая ее напрямую у лиц, имеющих доступ к такой информации или осуществляющих ее хранение.
Необходимо также отметить, что праву управляющего на получение информации корреспондирует его обязанность в случае, если иное не установлено Законом о банкротстве, сохранять конфиденциальность сведений, составляющих охраняемую законом тайну и ставших ему известными в связи с исполнением обязанностей арбитражного управляющего», − отмечает высшая инстанция.
За разглашение тайных сведений финансовый управляющий несет гражданско-правовую, административную, уголовную ответственность, то есть законодательством предусмотрены значительные гарантии прав третьих лиц, информация о которых стала известна управляющему, обращает внимание ВС.
«Разрешая вопрос о раскрытии информации, субъект, осуществляющий ее хранение (в данном случае – государственный орган), по внешним признакам (prima facie) применительно к стандарту разумных подозрений проверяет, соотносится ли испрашиваемая арбитражным управляющим информация с целями и задачами его деятельности по формированию конкурсной массы и удовлетворению требований кредиторов.
Если имеются разумные основания полагать, что испрашиваемые сведения (документы) позволят достигнуть целей процедуры банкротства, то субъект, осуществляющий хранение информации, обязан удовлетворить запрос арбитражного управляющего. Иное подлежит квалификации как незаконное воспрепятствование деятельности управляющего, что применительно к масштабам последствий для всего государства снижает эффективность процедур несостоятельности. Наличие сомнений относительно обоснованности запроса управляющего толкуется в пользу раскрытия информации», − разъясняет высшая инстанция.
В данном случае финуправляющему понадобились сведения о движении активов, которые безусловно являются необходимыми: без экземпляра договора, на основании которого было отчуждено транспортное средство, арбитражный управляющий лишен возможности проанализировать такую сделку на предмет наличия признаков причинения вреда кредиторам, а также при наличии таковых оспорить сделку ввиду отсутствия сведений о личности ответчика, указывает ВС.
«При этом вопреки выводам суда округа, сославшегося на Закон о персональных данных, из положений данного Закона следует, что обработка персональных данных без согласия субъекта персональных данных допускается в случае, если она необходима для достижения целей, предусмотренных законом, осуществления правосудия, исполнения судебного акта (пункты 2, 3 части 1 статьи 6 Закона о персональных данных). В данном случае такими целями являются цели, предусмотренные Законом о банкротстве», − поясняет высшая инстанция.
Она обращает внимание, что вывод суда округа ошибочен и по той причине, что по смыслу пункта 2 статьи 126, пункта 7 статьи 2139 Закона о банкротстве руководитель должника (при банкротстве организации) или гражданин-должник обязаны передать арбитражному управляющему все имеющиеся у них документы, в том числе по сделкам с контрагентами – третьими лицами.
«При этом закон не ставит исполнение обязанности по передаче документов в зависимость от получения согласия таких третьих лиц. Дополнительным аргументом может служить и то, что при банкротстве физического лица его гражданская дееспособность в определенном смысле ограничивается, в частности, он не вправе распоряжаться имуществом, подлежащим включению в конкурсную массу. В таких условиях финансовый управляющий фактически становится законным представителем физического лица, а потому управляющему могут быть предоставлены документы и сведения в объеме, по крайней мере, не меньшем, чем тот, который вправе запросить гражданин лично», − отмечает ВС.
В связи с чем Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ определила постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа отменить и оставить в силе судебные акты о предоставлении финуправляющему запрашиваемых сведений.
Алиса Фокс
Источник: РАПСИ